Тишина — бесконечна. Не потому, что в ней нет звуков, а потому, что в ней исчезают границы, которые мы сами чертили вокруг собственного «я». В тишине нет требований, ожиданий, ролей — в ней остаётся лишь чистое присутствие. В чистой неподвижности мы обнаруживаем, что можем быть одновременно и свидетелем, и действующим, и пустотой, и наполненностью. И ветром, и листом, который этот ветер несёт. И глубокой водой, и отражением в ней. И тем, кто смотрит — и тем, кто растворяется в созерцании. В тишине мы не теряем себя — мы перестаём быть тем, чем не являемся. И именно поэтому тишина становится началом пути, на котором сама дорога раскрывает себя шаг за шагом, словно свет, медленно разгорающийся в утренней мгле.
